В октябре группа бывших политзаключенных призвала руководство ЕС и европейских стран активнее участвовать в освобождении людей, которые остаются за решеткой в Беларуси. Одной из подписанток обращения стала бывшая узница Ольга Горбунова, которая была представительницей по социальной политике в Объединенном переходном кабинете, но в августе 2024 года подала в отставку. Она прокомментировала проекту «Розовые Косынки», почему поддержала инициативу.
Ольга Горбунова отметила, что подписала письмо, «потому что политзаключенные не должны быть заложниками политической борьбы за власть между беларусской оппозицией и властями».
«Они пометили людей внутри тюрем. Одни — желтыми бирками и своим несправедливым отношением. Другие — назвав нас героями, несломленными, готовыми сидеть до конца, „врагами режима“. Но я не была ничьим врагом, как и многие другие. Я была в шоке от жуткого насилия, все остальное меня не удивило. Я просто хотела, чтобы меня перестали использовать и те, и другие и отпустили домой к семье», — пишет Ольга Горбунова.
Она подчеркнула, что «не героиня» и «не хотела умирать».
«Я хочу жить. Я хочу, чтобы были живыми остальные политзаключенные. Я хочу, чтобы они вышли живыми и здоровыми из тюрем и ИУОТов, с „домашней химии“ и с принудительного психиатрического лечения. Пускай в соцсетях потом пишут: „лоббисты“, „агенты“, но пускай они будут живые, здоровые, на свободе, пускай пишут в этих гребаных соцсетях.
Я поддерживаю демократические ценности всей душой. Поэтому я лично не хочу, чтобы нынешняя оппозиция в изгнании пришла к реальной власти в Беларуси, а Светлана стала президенткой. Отношение к людям, к ценности человеческой жизни и к свободам стало определяющим фактором в моем разочаровании в беларусской оппозиции. Теперь я знаю, что „кто угодно, только не он“ — это навязанная иллюзия 2020 года и наше дилетантство. Так что я — чужая среди чужих, чужая среди своих», — считает Ольга Горбунова.
Она отметила, что, по ее мнению, нужно идти по пути деэскалации, восстановления диалога, и призвала «не откладывать решение срочных проблем».
«Я подписала письмо, потому что преступно не помочь, когда можешь помочь человеку в опасности. А сказки про „ключи от беларусских тюрем не у нас“ — это для наивных. Это перевод стрелок и нежелание взять на себя политическую ответственность за ошибки», — заключила бывшая политзаключенная.
