Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Наша Ніва»: в крупнейшую сеть автохаусов Butikavto пришел ДФР, владельца задерживали
  2. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  3. Ужесточения вскоре появятся по застройке частных домов. Эксперты рассказали, надо ли будет переделывать уже возведенное жилье
  4. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  5. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  6. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе
  7. Создатель беларусской «новой волны», эротично экранизировавший классику. Рассказываем о режиссере, ставшем легендой беларусского кино
  8. Что заставило доллар так резко сдать позиции и чего теперь ждать от него в ноябре? Пояснил финансовый аналитик
  9. Возрастная доплата к пенсии положена не всем. Кто ее не получит?
  10. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  11. «Перенести или отменить». МИД предостерег белорусов от поездки в эти шесть стран Европы


В Минском городском суде 5 августа вынесли очередной приговор за комментарий по «делу Зельцера». На скамье подсудимых был политзаключенный Тимур Хайруллин, сообщает правозащитный центр «Весна».

Тимур Хайруллин. Фото с сайта prisoners.spring96.org
Тимур Хайруллин. Фото с сайта prisoners.spring96.org

Тимура Хайруллина задержали 30 сентября 2021 года в рамках уголовного дела, возбужденного за комментарии в интернете после гибели в минской квартире сотрудника КГБ Дмитрия Федосюка и айтишника Андрея Зельцера. До суда он находился в следственной тюрьме № 8 в Жодино.

Судья Елена Ананич признала политзаключенного виновным по ч. 1 ст. 130 УК (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни) и ст. 369 (Оскорбление представителя власти). Мужчину приговорили к 2,5 года колонии общего режима.